Что делать с неподъемной валютной ипотекой?

Что делать с неподъемной валютной ипотекой?

Что делать с неподъемной валютной ипотекой?

До обвала рубля люди часто выбирали валютный вид ипотеки из-за более выгодных условий и сниженной процентной ставки. Экономика была в относительно стабильном положении, поэтому заемщики чувствовали себя спокойно и уверенно оплачивали ежемесячные платежи в долларах.

Рекордный обвал национальной валюты кардинально изменил ситуацию. После подобного обесценивания доход граждан в рублевом эквиваленте практически не изменился, а вот стоимость платежей по ипотеке возросла сразу в несколько раз. Логичным образом все эти события подняли всплеск негодования.

Какие советы были даны специалистами в начале кризиса?

  • Взять кредит в другом банке, купить доллары и погасить задолженность. Это невыгодный с финансовой точки зрения ход, но он позволит сохранить недвижимость, стабилизировать ситуацию и не допустить ее ухудшения.
  • Рефинансирование. Вы можете взять в вашем же банке кредит и погасить ипотечный заем. Учитывайте, что вам придется повторно застраховать жизнь и недвижимость, а также произвести оценку жилья. Практически все банки берут комиссию за подобное рефинансирование.
  • Оплачивать ежемесячные взносы и ждать стабилизации курса валют. Это решение подходит для тех, кто имеет хороший доход и устойчивое материальное положение.
  • Воспользоваться отсрочкой. Каждый банк предоставляет своим клиентам 6-12 месяцев отсрочки, в течение которой вы можете платить только за проценты. Этого времени будет достаточно чтобы аккумулировать финансовые ресурсы и подготовить план действий.
  • Провести реструктуризацию. Всегда можно найти компромиссное решение с банком. Вы можете увеличить срок кредита, чтобы снизить ежемесячный платеж.

Как решить проблему валютной ипотеки?

Первым делом нужно четко осознать, что никто просто так не спишет ипотечный долг и придется самостоятельно решать проблему.

Государство готово пойти навстречу, если банк нарушает условия договора, не идет на компромисс или передал данные по кредиту коллекторской службе. Также государство может помочь освободить вас от некоторых штрафов и комиссий.

Для этого нужно с юридическим специалистом рассматривать конкретно ваш случай и искать правовой выход из ситуации.

Продажа квартиры

Один из вариантов покончить с валютным кредитом – это продать недвижимость. Но это критичный выход из положения, который следует использовать, если вы уверены, что не сможете погасить кредит и прежних доходов не предвидится.

Обязательно учитывайте, что во времена кризиса рынок недвижимости сильно просаживается. Поэтому вы сразу же потеряете 10-20 процентов. Также не будут компенсироваться все уплаченные проценты, зато вы однозначно избавитесь от долгов и сможете спать спокойно.

Сдать жилье в аренду

Если вы покупали квартиру в хорошем новострое и успели сделать дорогой ремонт, то можете рассчитывать на высокий доход от аренды. Необязательно иметь альтернативное жилье, чтобы съехать с новой квартиры. Некоторые люди в условиях кризиса арендуют бюджетные варианты в спальных районах и облегчают кредитную нагрузку на 20-50 процентов.

Что будет, если просто перестать выплачивать ипотеку?

Банк не будет с первых месяцев требовать возврата жилья или подавать на вас в суд. Сначала включатся все штрафы и неустойки, которые увеличат долговую сумму в разы.

После этого банк может подключить сторонних лиц или самостоятельно заняться психологическим давлением. Вас будут ждать постоянные звонки и письма.

Подобные разбирательства могут коснуться близких, друзей и даже коллег по работе.

Если после продолжительной психологической атаки заемщик не начал выплачивать долг – дело передается в суд. Вероятный исход – продажа имущества через аукцион. По статистике сумма продажи будет намного ниже рыночной.

Некоторые люди надеются на прописанных в квартире несовершеннолетних детей. Согласно законодательству, ни суд, ни банк, ни приставы не могут оставить семью совсем без жилья. Однако даже в такой ситуации банк имеет право обратиться к опекунскому совету и добиться реализации квартиры через аукцион.

Валютная ипотека и юридическая помощь

Решение проблем валютной ипотеки должно начинаться с диалога между банком и заемщиком. Нелишней будет помощь профессионального юриста. Банки всегда заинтересованы в том, чтобы кредит был выплачен. Поэтому вы должны доказать свою намеренность и способность выплатить долг, если вам облегчат условия ипотеки.

Самое распространенное решение – это реструктуризация и оформление кредитных каникул. Во-первых, реструктуризация долга позволит вам быстрее и проще собирать ежемесячный платеж.

Во-вторых, кредитные каникулы дадут возможность накопить денег и тщательно распланировать бюджет. Дополнительно можете обратиться за снижением процентной ставки.

Некоторые банки идут навстречу клиентам, которые выплачивают кредит в валюте и предлагают им специальный курс доллара или освобождение от некоторых процентов или комиссий.

Решить проблему с долларовой ипотекой можно. Не стоит опускать руки и переставать выплачивать кредит. Тщательное планирование бюджета, диалог с банком, реструктуризация и рост доходов – это ваши надежные инструменты в решении ипотечной проблемы.

ВНИМАНИЕ! В связи с последними изменениями в законодательстве, информация в статье могла устареть! Наш юрист бесплатно Вас проконсультирует – напишите в форме ниже.

Здравствуйте, суд вынес решение об удовлетворении иска банка по валютной ипотеке, зафиксирована сумма долга в рублях, начато исполнительное производство. Можно ли обжаловать решение суда, т.к. курс каждый день меняется, и сумма в рублях не соответствует фактическому долгу в валюте?

Ответы юристов

Васильев Дмитрий

Добрый день. Если решение заочное, то Вы можете подать заявление об отмене заочного решения суда.

Источник: https://dolgi-net.ru/lot-of-debt/mortgage/chto-delat-s-nepodemnoj-valyutnoj-ipotekoj/

Валютная ипотека: что делать и кто виноват?

Что делать с неподъемной валютной ипотекой?

Мало кто не слышал про животрепещущий вопрос валютных ипотечников. Они митингуют, голодают… Действительно ли это ответственность банка, государства либо же это все-таки безответственность самих заемщиков? И что им делать, чтобы найти выход?

Кто виноват?

Предвижу негатив в свою сторону, но скажу, что думаю: убеждена, что проблема валютных ипотечников — это проблема исключительно их, а не банка или государства. И вот почему.

— Если кредит берется в иностранной валюте, но между резидентами России, то в договоре черным по белому прописано, что платеж осуществляется в рублях по курсу ЦБ на день платежа. Соответственно, какой курс — такой и платеж.

То же и со всеми инструментами в привязке к курсу валюты (страхование жизни, например). Изменение курса валюты — это не форс-мажор, а классический рыночный риск.

Более того, говорить о том, что такого никогда не было, россияне не могут: они с этим сталкивались и в 1998 году, и в 2008 году, когда также было много историй с валютной ипотекой.

Банки же не стали пересчитывать валютные вклады по курсу 30 рублей? Страховые компании не стали пересчитывать выплаты по программам страхования жизни в валюте по 30 рублей. Тогда почему валютная ипотека должна быть пересчитана?

— Если вы собираетесь брать валютный кредит вместо рублевого из-за экономии на ставке, то вы берете на себя рыночный риск, что курс может измениться не в вашу пользу. Вы хотели сэкономить, но не получилось, так что это — всегда лишь неверное решение, но не повод банку выплачивать компенсации.

Это все равно что требовать от государства компенсации, что вы купили в январе 2016-го доллары по 82 рубля. Особенно если валютная ипотека бралась для недвижимости под сдачу в аренду, чтобы повысить доходность данной инвестиции из-за более низких ставок по кредиту не в рублях.

Для инвестиций такой вариант возможен, но в странах со ставкой 2—3% и арендой в валюте кредита, причем чтобы арендная доходность превышала ставку по ипотеке.

— Если вы выбирали банк, который давал ипотеку только в валюте, то это ваш выбор. На российском рынке много банков и не один-единственный объект недвижимости, который можно купить только в привязке к доллару. Зная ситуацию с российской валютой, вполне можно было потратить время на подбор менее рискованного варианта ипотеки — рублевого.

— Даже если вы брали ипотеку в валюте до 2014 года, у вас была весна 2015-го с курсом около 50 рублей, когда можно было пойти на реструктуризацию ипотеки в рублевую, пусть по повышенной ставке, но зато можно было зафиксировать курс 50 рублей. И быть в выигрыше даже сейчас.

Ну а требовать пересчитать все по курсу 30 рублей означает не понимать рыночных рисков и снимать с себя ответственность за принятие решений. И перекладывать ее на других клиентов банка, на налогоплательщиков, если речь о требовании компенсации от государства.

Почему те, кто здраво оценивает риски и распоряжается своими финансами, должен компенсировать потери тех, кто этому не уделяет время? И ладно бы это был первый случай.

Но это, если брать последние 10 лет, как минимум третий, включая 1998 и 2008 годы! Ссылаться на классическое «такого никогда не было, мы не знали» — невозможно, так как, если ипотека бралась в 2012—2013 годах, то это было лишь через 4—5 лет после сильнейшего кризиса и падения рубля. Значит, люди шли на риски осознанно.

Что делать?

Можно ничего не делать. Тогда банк имеет полное право инициировать банкротство физлица-заемщика, ведь долг будет явно выше 500 тыс. рублей, а просрочка — более трех месяцев. А это несет такие последствия:

— вы лишитесь всего имущества и всех накоплений, всего капитала, кроме того, на что нельзя обратить взыскание (а единственное жилье в ипотеке туда не относится);

— вы не сможете занимать руководящие позиции в компаниях в течение трех лет;

— вы не сможете брать кредиты и займы в течение пяти лет без указания на факт вашего банкротства (хотя, полагаю, после банкротства вам вряд ли кто-то вообще выдаст заем или кредит);

— вы не сможете подать на новое банкротство в течение пяти лет.

Грубо говоря, придется все начинать даже ниже чем с нуля.

А можно пойти иным путем.

— Банку выгоднее договориться об адекватных условиях реструктуризации с заемщиком, поэтому вполне можно увеличить срок ипотеки либо взять льготный период на 1—2 года с пониженными платежами, чтобы восстановить свое финансовое положение.

— И еще вариант. ЦБ активно снижает ставки — рассмотрите вариант рефинансирования в рублевую ипотеку: сейчас ставки и курс вполне комфортные, чтобы перейти в рубль.

— Можно продать залог по валютной ипотеке, погасить долг и взять недвижимость дешевле, можно даже в рублевую ипотеку. Причем сейчас цены на недвижимость в ряде районов весьма привлекательны для покупки. Можно постараться найти горячие предложения, когда продавцу нужно срочно получить деньги на личные нужды, и договориться о дополнительной скидке.

— Если вы не подавали на налоговый вычет — самое время, сумму можно пустить на досрочное погашение. А если есть права на материнский капитал — сумму на погашение можно еще увеличить.

Если у вас есть накопления, то можно сравнить, выгоднее ли вам их вложить с доходностью выше ставки по ипотеке, чтобы потом изымать прирост капитала на погашение ипотеки, либо же осуществить досрочное погашение.

Да, придется искать оптимальный момент входа, но вот вложения в еврооблигации Petrobras (минимальный лот — от 1 тыс. долларов) в январе 2016 года принесли годовую доходность свыше 30% в валюте, а это явно выше ставки по долларовой ипотеке.

Все вышеописанное позволит вам и сохранить свою кредитную историю, и, возможно, сохранить вашу недвижимость, и уйти от валютного риска. Ну и иметь богатый опыт на будущее, что кредит надо брать в той валюте, в которой ваш основной доход. Повторю, уже в третий раз за 10 лет.

Источник: https://www.banki.ru/news/columnists/?id=9773221

Ипотека в валюте: что делать?

Что делать с неподъемной валютной ипотекой?

На 1 января 2009 года, по данным Центробанка, в России было выдано 18 270 ипотечных кредитов в валюте. Это был абсолютный рекорд, с тех пор ежемесячная цифра не превышала 3,5 тыс., а в октябре 2014 было выдано по стране всего 656 кредитов.

В 2008 году такой высокий результат связан с тем, что отказникам по рублевым кредитам банки предлагали оформить ипотеку в долларах – и проценты, и ежемесячные выплаты были ниже, поэтому доступней для людей со средней зарплатой.

Не получалось в долларах, не проходили по требованиям – предлагали программы в швейцарских франках и японских йенах (от этих валют для ипотечных кредитов банки после 2008 года отказались). Евро почти не использовались.

К сожалению, многие работники банков отказываются комментировать данную тему.

Но все же нашлись те, кто согласился сделать это анонимно. Представитель одного из столичных банков: «Большая часть валютных ипотечных кредитов была выдана до кризиса 2009 года, и сегодня мы отмечаем, что спрос на ипотеку в долларах или евро почти отсутствует.

По статистике, почти все заемщики, оформившие не рублевую ипотеку в 2006 – 2008 гг., уже расплатились с банками, однако в то же время значительную часть портфеля просроченных кредитов составляют как раз валютные займы.

Сегодня брать валютные кредиты имеет смысл, если основной доход заемщик получает в валюте, в остальных случаях  – слишком большую сумму можно потерять на конвертации и колебаниях курса».Многие люди брали в 2008 году деньги на длительный срок, более 10 лет. Для того чтобы наглядно отразить ситуацию, приведем пример.

В 2008 году для покупки однокомнатной квартиры стоимостью  156 000 $ (4 280 000 руб.) был взят кредит на сумму 136 000 $ (первоначальный взнос – 20 000 $) под 9,75%, на срок 15 лет. Ежемесячный платеж – 1440,73 $ (39 528 руб.). Всего банку за пятнадцать лет нужно было выплатить 259 331 $.

За шесть лет выплачено 103 732 $, по состоянию на ноябрь 2014 года осталось выплатить около 155 600 $, но квартира сейчас стоит 117 647 $ (6 млн руб., по курсу в ноябре 1$ = 51 руб.). То есть долг превышает стоимость квартиры. Ежемесячный платеж в рублях уже не 39 528, как в 2008 году, а 73 477 руб., и с падением рубля это величина только растет.Заемщик не может платить такие суммы.

Ловушка оказалась почти безвыходной: продать квартиру невозможно – не хватит денег даже погасить долг, найти новую работу с большой зарплатой – тоже проблема. Остается два варианта – ждать поправок в законодательстве о снижении рисков заемщиков и возможности переводить долг в рубли по льготному курсу или договориться с банком о реструктуризации долга.

Во втором случае можно увеличить срок кредита с уменьшением ежемесячных платежей. Если это не подходит (до истечения срока платежей наступит пенсионный возраст или по другим причинам), то можно рефинансировать кредит в рубли, то есть фактически брать новый заем, погасив им старый.

К сожалению, льготные программы рефинансирования валютных вкладов, которые предлагались банками в 2009 году, уже не работают. Проценты по рублевому кредиту могут оказаться выше, как и ежемесячные платежи. Можно перекредитоваться в другом банке в той же валюте, но с более низкой процентной ставкой.  Но остается главная проблема и в случае рефинансирования в рубли, и перекредитования в валюте: если долг больше стоимости квартиры на момент обращения, то банк не примет ее в залог.

Попытки найти решение

К проблемам ипотечных заемщиков пытались подключиться и депутаты Госдумы. Однако 12 ноября 2014 года был отклонен законопроект от коммунистов, которые предлагали запретить выселять на улицу обанкротившихся заемщиков  и использовать для их «временного проживания так называемый маневренный жилой фонд на время, пока семья не решит в каком-то варианте свою проблему».

Депутаты «Справедливой России», в ответ на обращения граждан, обсуждают инициативу по ограничению валютного риска для заемщика в 15%, считая это возможным и целесообразным: «…в случае снижения курса иностранной валюты по отношению к рублю возникают валютные риски у банков, в случае повышения курса валюты – риски несут заемщики, но в пределах 15%».

Но пока инициатива не оформлена в законопроект и официально не опубликована.

О подобном снижении рисков было сказано на пикетах валютных ипотечных заемщиков у Центробанка России и здания Госдумы осенью 2014 года.

 Требование «ограничить валютный риск 10-15% или же перевести основной валютный долг в рубли, по курсу рубля на дату выдачи и к этой сумме применить среднерыночную ставку по кредиту в рублях» было изложено в письме Председателю ЦБ Российской Федерации от валютных ипотечных заёмщиков двух банков.

Кредиты были получены в швейцарских франках и долларах США.

В письме упоминалась Статья 451 Гражданского кодекса РФ, которая позволяет изменить условия договора, если обстоятельства «изменились настолько, что если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях».

«Значительно отличающиеся условия» особенно ярко проявились во франках и йенах. Как написали заемщики: «Вот еще результат ипотеки в экзотической валюте: берешь в рублевом эквиваленте 4 000 000 руб., планируешь отдать 11 500 000 руб., а придется отдать почти 24 000 000 руб. вместе со страховкой. Какая ипотека, такие и результаты.

Экзотические!»Ответа или конкретного решения Центробанка по этому вопросу не последовало. И, по-видимому, поправок в законодательство в ближайшее время не будет.

Но все-таки, разве такое значительное изменение курса валют не может являться форс-мажорным обстоятельством и основанием для пересмотра условий договора?

Представитель одного из столичных банков: «Рост курса, безусловно, влияет на величину ежемесячного платежа, однако с юридической точки зрения не может быть отнесен к категории форс-мажорных обстоятельств. Валютные колебания – вполне закономерное и естественное рыночное явление, которое может как увеличить, так и снизить совокупную задолженность клиента. Что можно посоветовать валютным заемщикам? К сожалению, универсальных инструментов в данном случае не существует. Банк может рефинансировать кредит и перевести его в рубли, однако в результате этого сумма долга может превысить текущую, даже с учетом уже выплаченных процентов.

Следует также обратить внимание на то, что во время роста курс, достигнув пикового значения, как правило, начинается снижаться и зачастую возвращается к первоначальным значениям. Поэтому прежде чем принимать решение о конвертации долга в рубли, следует все хорошенько обдумать и дождаться, пока период активного роста валюты закончится».

За помощью в банк

Если нет никакой возможности продолжать выплаты по валютному ипотечному кредиту после обвала рубля, то самый оптимальный вариант – найти выход из сложившейся ситуации вместе с банком. На наши вопросы помог ответить Георгий Тер-Аристокесянц, директор Департамента ипотечного кредитования Банка Москвы.

– Можно ли найти компромиссное решение между банком и заемщиком, например, продлить срок выплаты кредита или уменьшить долг?

– В случае осложнения финансового положения и возникновения трудностей с выплатой ежемесячного платежа Банк Москвы предлагает реструктурировать ипотечный кредит одним из двух способов:

1.      Увеличение срока кредитования до 30 лет, без изменения других существенных условий договора.

 2.      Платежные каникулы – они позволяют заемщикам снизить размер ежемесячных платежей. Снижение платежа зависит от срока каникул:

3 мес. — выплата 30% от платежа;4 мес. — выплата 40% от платежа;5 мес. — выплата 50% от платежа;6-12 мес. — выплата 60% от платежа.Платежные каникулы позволяют заемщикам временно снизить долговую нагрузку.  Мера эффективна для клиентов, столкнувшихся с временными финансовыми трудностями, такими как потеря работы, декретный отпуск.

– Что бы Вы могли посоветовать заемщику валютного ипотечного кредита, если он получает зарплату в рублях, а ежемесячные выплаты по кредиту стали неподъемными из-за резкого изменения курса? Продать квартиру он не может, так как долг банку практически теперь равен или больше стоимости квартиры, и он не только потеряет все свои выплаты, но и может остаться должен банку.

Как ему лучше поступить?– В этом случае возможно провести рефинансирование валютного кредита на рублевый кредит по действующим ставкам кредитования, в Банке Москвы такая программа эффективно действует.– Востребованы ли сегодня ипотечные кредиты в валюте?– После 2008 г. наблюдается резкое падение спроса на валютные кредиты и сокращение валютных программ и продуктов банков.

На сегодняшний день в Банке Москвы  спрос на валютные кредиты практически отсутствует.

Подводя итоги, отметим, что в отсутствии законодательных поправок и решений об ограничении валютного риска для заемщиков остается несколько вариантов решения проблемы.

Первый и самый очевидный – договориться с банком о реструктуризации долга (увеличении срока кредитования, предоставлении платежных каникул) или рефинансирования его в рубли. Однако во втором случае ежемесячный платеж может не уменьшиться, а вырасти, и в некоторых случаях сумма долга превысит размер залога и рефинансирование потеряет смысл.

 Второй вариант – оставить все как есть и пытаться найти новые силы и возможности, чтобы продолжать выплачивать долг. Не исключено, что однажды, достигнув максимума, курсы валют начнут снижаться и вернутся на прежний уровень, а заемщики ипотечной валюты смогут вздохнуть спокойно.   

Источник: https://www.cian.ru/stati-ipoteka-v-valjute-chto-delat-217977/

Ипотека длиннее жизни

Что делать с неподъемной валютной ипотекой?

Российские валютные заемщики с сегодняшнего дня начинают голодовку. Так люди, имеющие ипотеку в иностранной валюте, надеются привлечь внимание властей к проблеме с погашением жилищных кредитов из-за резкого удешевления рубля в конце прошлого года.

По данным Банка России, на начало 2015 года около 25 тысяч заемщиков имели непогашенные ипотечные кредиты в иностранной валюте на общую сумму 117 миллиардов рублей. В настоящее время по меньшей мере каждый пятый заемщик просрочил платежи на срок 90 и более дней.

Спасительного решения проблемы, связанной с невозможностью погашения ипотечных кредитов, российские валютные заемщики ждут от чиновников и банкиров пять месяцев.

Пять месяцев они выходят на митинги и пикеты, устраивают акции протеста, пишут письма президенту и ходят на приемы к депутатам.

Но долги людей, ввязавшихся в валютную ипотеку, растут, а реструктурировать их на приемлемых для плательщиков условиях банки отказываются.

На данный момент мы – рабы банков. Все риски возложены на нас и наших детей

“Создается ощущение, что мы просто не существуем для государства, – говорит активистка Всероссийского движения валютных ипотечных заемщиков Светлана Бочкарева, – мы вынуждены пойти на этот крайний шаг, для того чтобы таким образом выразить наш протест бездействию путем голодовки”.

По данным Всероссийского движения валютных ипотечных заемщиков, из-за удешевления рубля ежемесячный платеж по валютной ипотеке вырос в разы, а оставшийся долг, несмотря на добросовестные платежи в прошлые годы, у многих превысил сумму взятого кредита.

Власти же, считают члены движения, вместо конкретных антикризисных действий ограничиваются декларациями.

Например, в конце января после серии митингов и пикетов Центробанк распространил письмо, в котором призвал коммерческие банки пересмотреть условия погашения ипотечных кредитов валютными заемщиками, но к этим рекомендациям кредиторы прислушиваться не стали. Продолжает Светлана Бочкарева:

Валютные заемщики не виноваты в том, что против нашей страны были введены санкции, что банки пользуются тем, что в нашей стране законы несовершенны

– Банки настолько цинично отнеслись к рекомендательному характеру этого письма, что открыто заявили в прессе о том, что исполнять это указание не собираются. Правительство взяло на себя обязательства по разработке программ помощи валютным ипотечным заемщикам через механизм АИЖК (Агентство по ипотечному жилищному кредитованию. – Ред.

), но программа, которая была разработана и которая сегодня преподносится как решение проблемы валютной ипотеки, абсолютно нам не подходит. Дело в том, что чиновники сознательно и целенаправленно смешивают проблему рублевой и валютной ипотеки в один котел.

Такое ощущение, что власть готова живьем сварить своих граждан в этом котле, состоящем из критериев и фильтров, через которые большинство валютных заемщиков просто не пройдет. Мы заявляем о том, что проблема валютной ипотеки должна иметь собственное решение и не нужно ее смешивать с рублевой ипотекой.

Проблема валютной ипотеки – это в первую очередь огромный, возросший в два-три раза долг. И нам необходима программа, которая могла бы помочь именно валютным заемщикам, и она заключается в том, чтобы пересчитать остатки наших долгов в рубли по докризисному курсу.

Потому что валютные заемщики не виноваты в том, что против нашей страны были введены санкции, что банки пользуются тем, что в нашей стране законы несовершенны. Поэтому государство обязано принимать меры по защите своих граждан. Но все, что мы видим, – это декларация неких намерений, которые по факту не работают.

По словам Светланы Бочкаревой, в голодовке, цель которой – достучаться до властей и обратить их внимание на проблему валютных заемщиков, принимают участие шесть человек:

– Мы сознательно идем на этот шаг, мы понимаем, что это отчаянная мера, но, к сожалению, нам ничего другого не остается.

Мы говорим о сроке – 1 мая, потому что мы хотим, чтобы к этому сроку государство наконец-то обратило на нас внимание, и была создана нормальная рабочая группа при Центральном банке либо при правительстве, с участием представителей инициативной группы валютных ипотечных заемщиков, представителей банков, представителей министерств, ответственных за принятие решений. Итогом работы данной группы должен стать нормальный, утвержденный механизм реализации перевода наших долгов в рубли.

Лариса Морозович взяла ипотечный кредит в иностранной валюте в 2007 году, и, по ее словам, прежде чем присоединиться к голодовке, испробовала все способы уладить кредитную проблему с банком, но безуспешно:

В банке мне сказали: “Будут платить ваши дети”. Но я не готова своему ребенку оставить такое наследство

– До сегодняшнего дня я платила все правильно и вовремя, ни одного дня просрочки не было. Но я понимаю, что с этого месяца мне платить нечем. Мой ребенок и я, мы просто останемся на улице. Я обращалась к депутатам, к уполномоченным по защите прав человека.

Все мои обращения просто передавались из министерства в министерство, из ведомства в ведомство, в банки, в Центробанк, куда угодно, но ни одного конкретного ответа, никакой конкретной помощи мне оказано не было. Я обращалась в банк. Банки предлагают на сегодняшний день три программы: либо рефинансирование по текущему курсу, либо реструктуризация, либо каникулы.

Поскольку мы платим изначально проценты, первые, наверное, лет 15 (у меня ипотека на 25 лет, заканчивается она в 2032 году), погашение основного долга, именно тела кредита, начнется где-то с 2025 года. Все это время я буду выплачивать проценты в банк.

Притом что у меня досрочных погашений при более-менее стабильной ситуации экономики в стране было более 45 тысяч долларов, брала я всего 88 тысяч долларов, и сегодня мой остаток – 38 тысяч долларов.

Если сейчас мне рефинансировать, как предлагает банк, по текущему курсу, а я брала 88 тысяч на сумму 2 240 000 рублей, то на сегодняшний день по текущему курсу у меня получается около 3 миллионов долг. То есть, уже выплатив 150 тысяч долларов, я должна банку больше, чем уже выплатила. Каникулы по основному долгу – а это 30 долларов в месяц – не спасут.

Делать себе каникулы на полгода, для того чтобы продлить себе еще на пять лет кредит, смысла нет. Потому как мой кредит заканчивается, когда мне будет 55. И на вопрос в банке, а если мне нечего будет с пенсии платить, как мне жить и рассчитываться потом, это уже будет сумма основного кредита, мне сказали: “Будут платить ваши дети”. Но я не готова своему ребенку оставить такое наследство.

Плакат в руках пикетчика

Лариса Морозович уверена: банки ничего не хотят сделать, чтобы создать действительно приемлемую ситуацию для заемщиков, чтобы люди закрыли свои кредиты. Именно не хотят, а не не могу:

– Притом что мой договор был подписан в долларах, но в договоре купли-продажи написано, поскольку мы правовое государство, и все расчеты у нас идут в рублях, в договоре купли-продажи указано, что сумма, которую я брала в банке в кредита, выдавалась рублями. А если она выдавалась рублями, почему мне сейчас банк не может предложить на каких-то льготных условиях, скажем, на день договора плюс 15-20 процентов валютного риска, сделать реструктуризацию моего кредита?

Накануне начала голодовки Всероссийское движение валютных ипотечных заемщиков обратилось с открытым (уже третьим) обращением к Владимиру Путину, с просьбой уравнять их в правах с рублевыми заемщиками и, таким образом, дать возможность исполнять свои обязательства перед банками. В обращении сказано:

“На данный момент мы – рабы банков. Все риски возложены на нас и наших детей, которым долги перейдут по наследству. Мы бессильны в данной ситуации – закон полностью на стороне коммерческих структур. Обращения в суды не приводят к результату. Наши договоры являются кабальными, но абсолютно законными с точки зрения права”.

Источник: https://www.svoboda.org/a/26955301.html

Заемщики без границ

Что делать с неподъемной валютной ипотекой?

Демонстрация домовладельцев, взявших ипотечные кредиты в швейцарских франках, в Бухаресте, Румыния. 25 января 2016 года ( Reuters/Pixstream)

По данным Bloomberg, на следующий день после решения Швейцарии курс франка к польскому злотому взлетел на 22%. К венгерскому форинту франк подорожал на 21,1%, к хорватской куне — на 21,1%, к чешской кроне — на 19,7%, а к словацкой — на 19,2%. Вслед за этим десятки тысяч людей оказались не в состоянии обслуживать валютные кредиты.

Венгрия: щедрый подарок

В Венгрии ситуация с валютной ипотекой разрешилась даже до резкого роста франка. Однако и без этого венграм пришлось несладко: с 2008 года по 2014 год, когда было выдано большинство ипотечных кредитов в швейцарских франках, форинт подешевел к франку почти на 80%.

В июне 2014 года Верховный суд Венгрии решил, что кредитные договоры по валютной ипотеке составлены с нарушением закона. В частности, суд посчитал незаконным право банка повышать плату, если рыночный курс иностранной валюты растет.

Ассоциация венгерских банков, естественно, не согласилась с этим, но это ничего не изменило. Уже в июле был подписан закон, запретивший банкам взимать ипотечные кредиты в валюте по рыночному курсу.

Но это еще не все: в конце 2014 года премьер-министр страны Виктор Орбан принудил банки перевести всю ипотеку во франках в форинты по курсу 256,5 форинта за франк, пишет Wall Street Journal.

Учитывая, что через несколько недель франк подорожал до 320,3 форинта, решение сыграло на руку заемщикам.

Сумма переведенных в местную валюту кредитов, по данным Bloomberg, составила 3,3 трлн форинтов, или $12 млрд.

Чтобы возместить потери розничных банков, ЦБ Венгрии решил компенсировать им €3 млрд, писали «Ведомости».

Это было сделано, потому что заемщики начали расплачиваться в форинтах, а банки по-прежнему имели обязательства в валюте. Если бы они начали покупать ее на рынке, это вновь обвалило бы венгерскую валюту.

Польша: поиск консенсуса

В Польше ситуация до сих пор не урегулирована. По данным ЕЦБ, доля валютных кредитов среди всех ипотечных займов здесь составляет 47%. Что, по подсчетам Reuters, эквивалентно полумиллиону человек.

И это учитывая, что в 2014 году польский ЦБ ужесточил правила выдачи кредитов в иностранной валюте: максимальный возраст заемщика ограничили 35 годами.

Кроме того, ЦБ разрешил выдавать кредиты только в той валюте, в которой заемщик получает доход.

Польские домовладельцы, взявшие ипотеку в швейцарских франках, во время демонстрации около Национального банка в Варшаве, Польша. 28 февраля 2015 года ( Reuters/Pixstream)

С 2008 по 2015 год нагрузка на должников увеличилась почти вдвое: тогда один франк стоил меньше двух злотых, а сейчас — больше четырех.

Сильнее всего злотый девальвировался к франку 15 января 2015 года, и уже 23 января в Европейский центральный банк поступил законопроект польского парламента. В нем предлагалось перевести всю ипотеку в злотые по курсу на момент реструктуризации.

Но при этом разницу между текущей стоимостью кредита и его стоимостью в злотых на момент выдачи заемщик должен погасить только наполовину, вторую половину должен был оплатить банк.

Эти условия польский парламент предлагал применить не ко всем, а только к тем заемщикам, кто использует жилье по его прямому назначению, то есть живет в нем и не имеет другой недвижимости. Жилая площадь ипотечной квартиры не должна превышать 75 кв. м, а дома — 100 кв. м.

Если у заемщика есть как минимум трое детей, площадь роли не играет. В законопроекте подчеркивалось, что участие банков в программе принудительное: если должник обратился с просьбой о реструктуризации и он отвечает формальным требованиям, банк обязан пересчитать кредит.

ЕЦБ смутило отсутствие размера дохода в числе критериев для участников этой программы. Также ему не понравилось, что программа не гарантирует защиту заемщика от дефолта — для кого-то даже уменьшенные вдвое платежи могут оказаться неподъемными.

К тому же 60% банковского сектора Польши — это иностранные банковские группы, и реструктуризация может негативно сказаться на этих группах в целом.

Однако в заключение ЕЦБ признает, что доля польских активов в крупных банковских группах не так велика, чтобы привести к катастрофе.

Еще одну инициативу выдвинули польские банки: они предложили создать резервный фонд, в который будут вносить средства сами кредитные организации. Предполагается, что собранные таким образом средства пойдут на покрытие издержек при реструктуризации и возмещении части долга заемщиков перед банками.

Однако, несмотря на все это, проблема в Польше так и не решена.

В начале 2016 года глава местного ЦБ Марек Белка назвал законопроект парламента «рецептом банковского кризиса» и «абсолютным злом» (цитаты по Bloomberg).

Министр экономразвития Польши Матиус Моравецкий предложил ужесточить критерии участия в программе и помогать только тем, кто вообще не может обслуживать кредит во франках. Идею банкиров также не поддержали.

Поэтому, как и российские валютные ипотечники, поляки пытаются решать свои проблемы самостоятельно. Например, Томас Садлик из Варшавы подал в суд на Райффайзенбанк.

Он обвинил банк в том, что его принудили взять кредит в иностранной валюте. «Сотрудник банка сказал мне, что я заплачу больше, если кредит будет в злотых», — говорил Садлик.

Пока суд не вынес решения, но Садлик за это время создал организацию валютных ипотечников из 1000 человек.

«Мы надеемся, что власти все-таки найдут решение, которое не отразится на остальных гражданах», — говорит одна из участниц организации, филолог Катарина Шчербовска. В 2008 году она взяла в ипотеку 980 тыс. злотых, а после падения злотого ее долг вырос до 1,6 млн злотых.

«Для меня это трагедия: я трачу абсолютно все силы на то, чтобы наскрести на ежемесячный платеж. Чувствую себя беспомощной», — рассказывает она. По ее словам, в Польше, как и в России, многие осуждают валютных ипотечников. Однако она считает нападки несправедливыми.

«Я не финансист, сотрудник банка и мой финансовый консультант уверяли, что франк — стабильная валюта. Почему мне им не поверить?» — говорит она.

Хорватия: пересчет по старому курсу

В Хорватии история та же, что и в Польше, но с хорошим концом. После того как швейцарский ЦБ отменил привязку франка к евро, франк вырос к хорватской куне за день на 21,1%. Кредитов в швейцарских франках здесь чуть меньше, чем в Польше, но их все равно много: 38% всех ипотечных кредитов, выданных в Хорватии, номинированы в швейцарских франках.

Через три дня после обвала куны хорватский парламент на год заморозил курс франка к ней на уровне 6,39 куны за франк (при этом рыночный уровень на тот момент был равен 6,93 куны за франк), чтобы снизить размер платежей по кредитам в этой валюте. Через несколько месяцев после этого хорватский парламент постановил перевести все кредиты из франков в евро по курсу на момент выдачи кредита.

Это вызвало бурю протестов среди банкиров, некоторые кредитные организации даже обращались в Конституционный суд. претензия была та же, что у ЕЦБ к проекту польского парламента: решение о фиксации курса не учитывает социальные различия между заемщиками.

Многие из них вообще получают зарплату именно в швейцарских франках и никаких сложностей с выплатами ипотеки не испытывают, говорили представители Союза хорватских банков (HUB). Местной организации валютных ипотечников, в составе которой было около 55 тыс.

человек, в свою очередь, эта инициатива понравилась, что неудивительно.

По предварительной оценке, реструктуризация по льготному курсу может обойтись хорватским банкам в 6 млрд кун, или $892 млн, цитирует Bloomberg вице-премьера Хорватии Бранко Грчича.

Как и в случае с Польшей, хуже всего пришлось банкам — участникам международных банковских групп — на них приходится большая часть банковской системы Хорватии. В частности, пострадала хорватская «дочка» Сбербанка.

Глава банка Герман Греф говорил в интервью «Коммерсанту», что в 2016 году Сбербанк получит убыток по Европе — в первую очередь из-за принудительной конвертации валютной ипотеки в Хорватии.

Россия: без решения

В России проблема не такая серьезная с точки зрения всей банковской системы, отмечает Черноокий из РЭШ. Число валютных заемщиков сравнительно невелико: в той же Польше или Хорватии их в разы больше, замечает он.

Однако в России, по его мнению, вероятность того, что государство в конце концов решит эту проблему, невелика.

По мнению Черноокого, оно не хочет поощрять рискованное финансовое поведение и внушать гражданам, что всегда готово нести ответственность за их просчеты.

По его мнению, оптимальное решение проблемы — диалог между банком и заемщиком, в котором государство выступает посредником. Подобным образом проблема валютной ипотеки решалась в Австрии.

После кризиса в 2008 года австрийские власти запретили банкам выдавать кредиты в другой валюте, кроме евро. Однако больше государство никаких решений не принимало, лишь участвовало в спорах между заемщиками и банками от лица Австрийской ассоциации потребителей (I).

Черноокий отмечает, что I помогла многим австрийцам выиграть суды у банков.

В России единого решения со стороны государства не будет, уверен замгендиректора «Интерфакс-ЦЭА» Алексей Буздалин. Государство и так тратит огромные средства на докапитализацию и санацию банков и не хочет брать на себя еще и это следствие кризиса, замечает он.

Поэтому, пока коммерческие банки (которые сейчас начинают делать новые предложения валютным заемщикам) еще не исчерпали свои возможности, государство не вступит в игру, уверен он.

«Возможно, когда сформируется «сухой остаток» — тех, кто не вошел ни в одну программу, власти все же примут решение и помогут последним валютным ипотечникам», — заключает Буздалин.

Валютные ипотечники не раз апеллировали к зарубежному опыту во время переговоров, например с Ассоциацией российских банков (АРБ), рассказывает представитель всероссийского движения валютных заемщиков Ирина Ости.

«Мы ссылались на примеры Венгрии и Хорватии, где ипотеку переводили по льготному курсу, однако нам обещали только изучить этот вопрос — и ничего больше», — сетует она.

У нас создается ощущение, что у государства просто нет воли к решению этой проблемы «сверху», добавляет она.

В ответ на запрос РБК пресс-служба ЦБ сообщила, что его позиция по проблеме валютной ипотеки не изменилась с середины февраля 2015 года. Она сводится к тому, что банки будут и дальше решать проблемы валютных ипотечников в индивидуальном порядке.

Анастасия Стогней

Источник: https://www.rbc.ru/money/14/03/2016/56e5c66e9a79477964dfc65b

Правовой рубеж
Добавить комментарий